Larice-in-Wonderland
2.4 Особенности старой соломы.


Алиса снова не могла уснуть... На сей раз глазастая, наглая, яркая Луна тут была непричём. И даже духота в комнате и снаружи не были тому причиной. Просто в Алисе боролись два её суждения, с первого взгляда - оба трезвых и рациональных. Стоило ли по возвращению в Наземье всё-таки разыскать Мэтью или мальчишке полезно остаться "на попечении" его же любимых взрослости и самостоятельности? Последних, видимо, было не так уж и хвалёно много... Иначе помощник по всей логике стал бы дожидаться "патрона" на том самом месте, где они разминулись, а не исчез бы не весть куда, не весть зачем и не известно, насколько надолго.

Торчавшие напротив Алисиного окна ветви резко потеряли свои тёплые рыжие грани, оставшись вычерченными только лунным светом - в доме потушили последние лампы. Позахлопывались окна внизу, проскрипела на лестнице третья сверху ступенька, разошлись по своим спальням люди, и никто не вспомнил, что новый слуга молодой Кингсли не вернулся домой со своей, как Алисе пришлось соврать, самостоятельной закупки недостающих материалов.

Девушка уверилась, что сорванцу в голову крепко ударила свобода - он просто-напросто сбежал и даже не вернул ввереный ему чемоданчик. Не то чтобы Алисе было жалко оставленных денег или потерянного письма из клиники, нет! Было обидно ошибиться в начинании, на которое возлагались многие любопытные надежды. Вот так, наверное, и погибают Идеи... Каким бы горячим не было Алисино Сердоверие, казалось, Мечте раскрасить Наземскую моду его не хватило.

Мысленно извинившись перед своим Сердоверием, Алиса решила поразмышлять о чем-то более весёлом. "Не забудь - праздник начнётся сразу с твоим возвращением! А столько подарков в его честь должно хватить, чтобы напомнить тебе о незавершённом деле?.." - заговорила свежая память голосом Шляпника. Девушка опасливо оборвала её, памятуя о сегодняшних перемещениях "представь и окажешься". Оказаться в Подземье прямо сейчас, одетой в одну ночную рубашку, уставшей Алисе точно не хотелось. Эта небрежность была бы как минимум неуважением к празднику, столь важному для хотя бы одного из старых друзей.

На улице обиженно мяукнуло и возмущённо зашумело кустарником. Алиса усмехнулась - а чем при случае можно припугнуть Чешира, чтобы он повёл себя как эта ночная наземская кошка? Мяука тем временем шумно взбирался на дерево - явственно закачались ветви напротив Алисиного окна. Только тут девушка сообразила, что существо карабкались именно к её окну, и существо это явно будет потяжелее соседской Китти. Но в конце-концов, что такое для победившей Бармаглота какие-то воры?!
- Вот тебе!! - Ухнула Алиса кочергой по едва-едва вцепившейся в раму руке.
- Кочерга?! - Без голоса взвопил "вор", когда каминная утварь ударила рядом с его пальцами.
Защитница комнаты на одном вздохе крайне неприлично выругалась... Алиса чуть было не покалечила Мэтью - хорошо, что промахнулась в потёмках. Девушка сползла по стенке, выпустив из рук свой не-вострый "меч". Забравшийся-таки в комнату мальчишка что-то невнятно пролепетал в своё извинение.
- Что значит - "думал, спите"?! - Взорвалась Кингсли, каким-то чудом обойдясь без матросской ругани.
Мальчишка испуганно зажал Алисе рот и диковато глянул в окошко. Так они затихли на миг, прислушиваясь к спящему дому. Последующие претензии и оправдания вылились в рьяное, но шепчущее препирательство.
- Что за штучки?! - Выплюнула Алиса приставшую с рук мальчишки грязь.
- Первый этаж закупорился, открыто было только здесь.
- Где ты болтался столько времени? - Всё ещё не подбирая подобающих слов, зашипела Кингсли на ослушника.
- Корабли встречаются в портах, - философски терпеливо пояснил Мэтью.
- И ты заплыл не в тот порт, грязный пароходишко! - Озлилась на это девушка. - Где твой... то есть, конечно ж мой, где - мой - чемодан? И где драная шляпа скряги?
- Шляпу я вернул, как вы и сказали, а чемодан выронил - и не по своей вине, - кивнул Мэтью на тёмную полоску валявшейся на полу кочерги.

Одно Время расспросов уже вышло, а следующее ещё стеснялось приходить.

Очевидно, дальнейшая непринуждённая беседа требовала более не оставлять злосчастный чемоданчик на враждебной авантюрам территории. Поперёк, но во имя разговора Мэтт был отправлен на устранение улик. Ни садовнику, ни кому-либо ещё не стоило раньше времени (а уж тем более - под окнами Кингсли) находить (а уж тем более - адресованное не совсем той Кингсли) письмо.

Наконец, приличия были соблюдены и даже совпали с безопасностью для чести. Алиса собралась продолжить препирательство, но то ли совсем утомилась, то ли ещё не приноровилась к манерам Мэтью и пропустила «свой выход».

- А сами-то куда тогда девались? – Вместе с чемоданом вручил ей Мэтью вопрос.

Неожиданно для своего праведного гнева, девушка вскользь отшутилась и увела тему к прочим не уяснённым обстоятельствам. Больно взбалмошен собеседник - прямо до дотошности! – чтобы справиться с очередной новой ролью, ролью хранителя важных тайн…
- Лучше расскажи: как ты изловчился отдать старику шляпу? Он же наверняка испугался тебя до колик. Подумать только, один из тех «сбежавших»!..
- Испугался бы, и на мачту лезть не надо, испугался бы. Да я не показывался ему на глаза, а сунул труху в окошко - уж больно она мне надоела…
- Откуда же ты мог знать, что это его окно?
- Да их там было-то всего-ничего!
- Хорошо. Но вдруг старикову вещь там сочли грязью с улицы и выбросили?
- Да я и в помойке бы нашёл эту шляпу! – Возмущённо просипел Мэтт, изо всех сил давя возглас в шёпоте. – И потом уж нашёл бы способ вернее подсунуть её старику под нос. Я дел не оставляю, чтобы Вы знали, мисс Кингсли. Я проследил!
- И?..
- По правде? Страшновато было. Чуть не сшиб цветы, когда пригнулся. Ну да зато на шум там обернулись, и нашли мой гостинец не в пример быстрее.
- Но потом?
- Потом я услышал дальние шаги в той комнате - не иначе как кто-то по мою душу пошёл. Удрать не успел, прямо как ноги отнялись… Зато разговор услышал.
- О том, откуда такая дрань в окна влетает? – Саркастически хмыкнула Алиса. – Как же ты услышал разговор в глубине комнаты?
- Откуда мне знать, почему, когда стареют, то глохнут, а когда глохнут, то орут, как в шторм?

Дальше следовал пересказ разговора, из которого и впрямь следовало, что речь держали двое пожилых – хозяин знаменательной шляпы и его шаркающая сестра, искренне изумлявшаяся постоянным «похождениям» соломенной любимицы брата.

Почему-то сам не удивляясь «самостоятельному» возвращению вещи, об этих «похождениях» разной давности старик мечтательно стал вспоминать, не сходя с места. И, судя по превращению диалога в монолог, вспоминал он это не в первый раз. Но, судя по похожей на растопленное масло тишине в ответ, его с добрым вниманием слушали.

Из правдоподобного запечатлелось только то, что известная шляпа – хозяйская землячка, и сделана не из чего-то там, а из особого тамошнего сорта соломы; и сделана она не кем-то там, а двоюр… троюр… Словом, сделана она была не прохожим человеком. Все казусы со шляпой были милы вспоминающему старику, и только одно было жаль - что он пережил того человека…

- Надо ж ведь как – терял, бросал, а она вот ещё раз к нему вернулась, - с благоговением подытожил Мэтт. – Как родная!

Под молчанием Кингсли заворочалось что-то странное, похожее на стыд, трепет и зависть одновременно. Конечно, она не смела сравнивать свою любовь к отцу, своё вдохновение к его делу с байками о соломенном подарке старикова родственника. Но ей было болезненно неловко за своё суждение о хозяине потёртой шляпы, как об обычном выжившем из ума скряге. В чём-то пожилой мистер был таким же чудаком, как и Алиса… Правда, чтоб быть чудаком, ему не приходилось геройствовать или идти кому-то наперекор. Напротив, этот человек настолько приютился в мире, что даже потерянная шляпа с учтивым постоянством возвращалась к нему.

Такие материи грозили растревожить доселе абсолютно булатную жизнь - никак не хотели сочетаться то с силой упрямства, то с закостенелой естественностью чудачки Алисы Кингсли. Решительная мечтательница ранилась о собственную ужасную, чванливую привычку думать, возможно, уникальными, но совершенно неповоротливыми шаблонами.

Сегодня она не отсыпала Мэтью ни наставлений, ни нагоняев, ни новых заданий, а только попросила не лазать по деревьям, не скрипеть третьей сверху ступенькой и не ступать на третью справа половицу внизу у часов, поскольку так недалеко и перебудить всех в ночном доме.
 
запись создана: 04.01.2011 в 20:21

@темы: Черновики чистовиков (Даёшь критику!)